#3871
Я благодарна всему персоналу роддома, которые выходили моего малыша. Сейчас ему 17. А история такая
Я жгучая брюнетка с чёрными глазами. Ребёнок родился беленький, голубоглазый, весь в отца. Заходит в палату врач
-Ой, какой он у вас бледненький. Вы ему железо в капельках подавайте.
Купила железо, даю. Через день врач спрашивает:
- Железо даете?"
- Да, - отвечаю.
- Не надо. У него гемоглобин 165. Он просто блондин.
#3851
Проходил мой товарищ учебу в нашем доблестном меде, любил покушать и уже в 17(!) лет имел здоровенный шрам на пузе от операции по удалению желчного пузыря из-за скопившихся там камней. Никаких дроблений через дырдочку в боку еще не существовало и суровая советская медицина оставила юноше на память эти злополучные камни. Здоровенная жменька бело-серых гладких-гладких камушков хранилась в хрустальной вазочке в серванте и была почему-то очень дорога владельцу.

Так вот, когда настало время проходить ЖКБ(желчнокаменная болезнь), то товарищ припер в класс эту самую вазочку с частью своего внутреннего мира в качестве наглядного пособия. Преподавательница похвалила рвение студента и попросила пустить "пособие" по рядам.

К сожалению, даже в медицинском есть люди, которым учеба примерно ниже спины. Эта группа не была исключением. В этой группе учился Леша. Леша был проклятьем группы.В этот раз Леша лениво дремал на задней парте, игнорируя лекцию.

Вазочка дошла до Леши, Лешу толкнули локтем и поставили перед ним вазочку.

- Спасибо! - радостно воскликнул Леша.

- Ммм ... конфетки! - Леша запустил руку в вазочку.

- Леша шутит! - ухмыльнулась про себя группа.

Хруст пережевываемых камней оповестил о том, что Лёша не шутил ...

P.S: Леша закончил мед.
#3838
Кратко представлюсь: я невролог с российским образованием в маленьком немецком стационаре.

Обход с Шефом:
Ш: Что у пациента с щитовидкой? Почему глаз выпучен?
Я: Это стеклянный глаз
Пациент: Это сделали русские солдаты в 45-м. Мой отряд был последней надеждой Германии.
Шеф: *неловко покашлял*
#3810
Начнем с того, для сначала вы проучитесь 6 лет. В институте. Вы неотрывно будете сидеть и учиться. Пьянки- гулянки? Нет, не слышал... Объем литературы, прочитанной вами поражает- размером с библиотеку, наверное. Ну а когда вам дадут диплом и пьяненький ректор скажет "пи@*уйте, голуби, в большую жизнь" вы поступите, если повезёт, в ординатуру. Это еще 2 года издевательств- вроде и дипломированный специалист, а по сути студент- недоучка. Кстати, денег вам никто не платит. И вот твоя первая в жизни операция- тебе позволили удалить атерому под надзором грозного руководителя.

И вот ты сидишь в ординаторской- постучали- медсестра: "больной на столе!" И тут не нужно прыгать с парашютом- голова кружится от адреналина. И ты идешь сначала настраивать свет, потом переодеваешься, моешь руки (правильно ли помыл?) и заходишь в операционную. И ноги гнутся от страха и еще этот руководитель тут... Операция "серьёзная"- минут на 10....жировик-то удалить...обезболиваем новокаином- руки трясутся..страшно, и пот по спине в междужопие затекает..всё, удалил, - швы, повязка. Мокрый, как конь. Переоделся, захожу в ординаторскую-а там мужики поляну накрыли- по спине хлопают, руки жмут.....с почином, мол.. И тут тебя "отпускает"..сидишь, улыбаешься, как дурак, и понимаешь, что всё хорошо.
#3798
Студентов мединститута отправили то ли на занятия, то ли на практику (не знаю как это у них бывает) в дурку и в первый день их провели по палатам знакомиться с обстановкой, заходят в одну палату и врач  с криками "Асса, опа!" начинает хлопать в ладоши и танцевать лезгинку. Все больные в палате тут же подрываются и начинают зажигать вместе с ним, как на свадьбе. Врач потанцевал пару минут, потом выходит со студентами из палаты и говорит им: Хорошо здесь, снаружи люди какие-то серьёзные , зажатые чересчур, а тут я душой отдыхаю, тут тебя всегда поддержат.
#3797
Рассказывала моя мама, в 90-е работавшая преподавателем местного ПТУ. Из разряда "Нарочно не придумаешь".
Однажды две девочки-ПТУшницы решили недельку прогулять, а, по прошествии самовольных "каникул", сделали себе "справки". Для этого они ничего не изобрели лучше, чем спереть из медпункта пару бланков направлений на анализы. Их они сочли достаточно медицинскими бумажками для своей темы. В них они нехитрым образом прописали период собственного отсутствия по причине болезни, и, с понтом дела, указали диагнозы. Одна написала, внимание: "Острое РЕГИСТРАТУРНОЕ заболевание" (вдумайтесь в глубинный смысл, в этой фразе главный порок внутренней организации советских поликлиник!), другая - "ОСТРОЕ ХРОНИЧЕСКОЕ заболевание".
Занавес.
#3784
Да простят меня коллеги по врачебному цеху, но это простая констатация факта: получив диплом, мы, все без исключения, являемся лишь личинками врачей.

И лишь пройдя долгие и порой мучительные метаморфозы, через стадии развития от личинки до бабочки, мы становимся профессионалами своего дела.

Ну, или если сравнения с насекомыми покажется коллегам унизительными — другое сравнение, орлята с дипломами, слабые, глупые, не умеющие летать, мы годами тренируемся, чтобы в будущем воспарить в небо нашей безумно ответственной профессии умелыми орлами и уже сами обучаем следующее поколение орлят тонкостям полётов в бурю и штиль.

Зрелые орлы бдительно и строго учат орлят сначала просто махать крыльями, затем позволяют стать на крыло и совершить небольшой полёт, а потом другой, посложнее, а там, с годами, и последний полёт, где они, научив молодого орла летать, успешно охотиться и безопасно приземляться, дают добро на самостоятельные полёты.

Орлёнком быть очень непросто: бесконечные часы дежурств, тяжёлые теоретические и практические экзамены, годы изнурительных тренировок, полувоенная дисциплина, трагедии и триумфы — всё это нужно и можно перенести.

Что даётся труднее — постоянное общение с орлами, настолько превосходящими своих орлят, что начинаешь сомневаться в своих силах: а смогу ли я так полететь?

Необходимость абсолютного подчинения, ирония и сарказм инструкторов, их шутки, порой довольно жестокие, сама атмосфера послушания, на каждом новом этапе лёгкая дедовщина и много раз повторяющаяся тоска новобранца в новой казарме...

Именно это и является истоками мифологии орлят: легенды об умном орлёнке, оказавшемся умнее и рукастее матёрых орлов.

Их много, они передаются из поколения в поколение, очень поучительные, иногда — забавные, но всегда внушающие оптимизм и подымающие боевой дух рекрутов медицины.

На ваш суд — одна из таких историй, случившаяся так давно, что за полную истину я не ручаюсь, необычно для меня — не я герой этой истории, просто рассказчик.

Бабулька, приятная чистенькая старушка в платочке, почти лубочная бабушка из «Красной шапочки», уже который раз поступает с тяжёлыми и внезапными аллергическими реакциями, которые раз от разу становятся всё тяжелее и опаснее...

Так, сначала это были высыпания, потом опухание лица, а потом и нос с горлом стало закладывать, астма присоединилась, её последнее поступление по «Скорой» вообще было на грани анафилактического шока, еле спасли в реанимации.

Её я там видел мельком, перевели бабульку в обычное отделение, домой боятся отпускать — следующего эпизода она не переживёт, единодушно решили все...

И понеслось: консилиумы, светилы всех немыслимых высот и званий, осмотры студентов, интернов, резидентов, ординаторов — никто не мог поставить правильный диагноз.

Через две недели бабушке это серьёзно надоело, она устала от всего этого медицинского бедлама, стала проситься домой...

Нельзя, бабулька, пойдёшь домой — помрёшь.

А диагноза — нет...

Ясно, что аллергия, ясно что тяжёлая — а что её вызывает — непонятно...

Происходило это в те далёкие времена, когда динозавры типа меня были молоды: у нас не было тестов по выявлению аллергенов.

Бабушка, кстати, абсолютно здорова, за исключением сильной аллергической реакции на пенициллин, в молодости.

И тут появляется наш герой, студент пятого курса.

Пятый год — это даже не орлёнок, это эмбрион.

Им разрешают немного: посмотреть больных и не болтаться под ногами взрослых бойцов, всё.

В свите обходов — они в хвосте, низшие из низших в медицинской иерархии.

Бабулька его поначалу невзлюбила: усталая от всего этого цирка, перевидавшая кучу заслуженных-простуженных доцентов и профессоров и даже одного академика, она была не в настроении отвечать на те же вопросы в тысячный раз.

А вопросов он задавал много, нудный до ужаса, он попросил описать все события перед приступами.

И выяснил деталь, ускользнувшую от внимания светил: все они случались в одно время, полдник, закончив который бабушка попадала в приёмный покой.

Аха, аллергия пищевая...

Но почему только дома?

Почему ничего подобного не происходит в больнице.

Расспросил о диете, ничего необычного.

Никакой явной пищевой аллергии...

И тут талантливый сыщик превзошёл всех в занудстве: вместе с бабушкой он стал составлять дневник еды, что и когда она ела, день за днём, неделя за неделей.

И сколько бабушка ни поджимала губы — он медленно и методично составлял список потреблённых ею продуктов.

И всё время присутствовал чай:

« ... а потом я попила чаёк и началось!

Села пить чай и горло стало отекать!»

Аллергия от чая?!?!?

Его подняли на смех — неслыханно, раз.

Два — чай в больнице таких реакций не вызывает.

Молодец, конечно, выяснил, что, скорее всего, пищевая аллергия — а теперь ступай играть в песочницу.

Никуда он не пошёл, беседы с бабушкой продолжались, она к нему привыкла и даже полюбила за его искреннее желание помочь...

И вот тут, как результат доверия, бабушка увлеклась этой детективной работой, появились первые результаты: приступы начались прошлой осенью, ниоткуда.

Вроде бы она ничего не поменяла в своих привычках, но что-то произошло, именно осенью.

А что бабушки делают осенью?

Соленья с варениями и маринадами, ягоды, грибы, огурцы — всё, как полагается, из года в год.

«Так, бабулька, а что же было необычного прошлой осенью?»

«Сроду такого не случалось, варенье клубничное забродило, переваривала и закатала по новому..»

А, извиняюсь, что с вареньем-то?

«Как что? Да плесень завелась, я её сняла и переварила, хорошее варенье, я его до сих пор держу, потребляю потихоньку, уже немного осталось..»

В воздухе запахло эврикой, затаив дыхание, юный гений медицинского сыска задаёт последний, решающий вопрос:

«Варенье ты как, с чаем пьёшь?»

«Да, сынок, так уж привыкла..»

Затаив дыхание, ласково-умильным голосом только -только вылупившийся докторишка спрашивает:

«А на варенье взглянуть можно?»

«Отчего нет, соседку попрошу принести...»

Далее всё стало ясно: переваренное варенье сохранило следы плесени.

Помните про бабулькину аллергию к пенициллину?

Она и аукнулась, полвека спустя — и, как старая мина, рванула, как полагается, сильно, повторные аллергические реакции всегда злее первоначальной.

Такая вот история.

Что стало с орлёнком-вундеркиндом?

Не знаю, но где-то работает чертовски умный врач, ухитрившийся в младеченстве своей карьеры утереть носы, точнее, клювы сиятельных орлов медицины...
#3772
Сидели как-то на утренней конференции заведующий отделением "искусственная
почка" и заведующая гинекологии, оба милейшие люди. Конференция длинная
приключилась, и решили они потихоньку уйти.
Заведующий "иск. почкой" и говорит шепотом, что я, мол, пошел к себе, в
"почку".
Гинекологиня задумалась на секунду и печально спросила:
- А мне куда идти?
#3770
Был как-то случай: мужик бухал довольно долго, в итоге, на фоне жуткого абстинентного синдрома, у него случается инсульт. Левая рука и нога полностью перестают работать (плегия), плюс теряет сознание, падает на здоровую правую руку и лежит так довольно продолжительное время. Нашла его жена, через много часов. В исходе: "здоровую" правую руку пришлось ампутировать (позиционная ишемия). А левая рука и нога так и остались висеть плетью. Мож не в тему, но зато с моралью и иронией.
#3768
В приёмном покое городской больницы мама с годовалой дочкой.

Направление скорой помощи: острая кишечная инфекция.

— Что вас беспокоит? — стандартное, в общем-то, начало беседы.

— Ничего не беспокоит, — мама недоуменно хлопает длинными ресницами.

Сразу хочется задать вопрос: а зачем «скорую» вызывали, зачем в больницу ехали?

Наученный горьким опытом (конечно, её-то ничего не беспокоит, не она ж болеет, а ребенок), уточняю:

— У ребенка что случилось? Рвота, жидкий стул? (Ну, написано же у «скорой»: кишечная инфекция.)

— Нет, — снова широко распахнутые глаза и искреннее недоумение во взгляде. — Она блюет и дрищет...

Только многолетняя тренировка способности сохранять хладнокровие в любой ситуации позволяет продолжить осмотр как ни в чём не бывало.